КАК МАЛО ПРОЙДЕНО ДОРОГ…

Главные новости

Смотреть все

Статьи депутата Борисоглебской городской Думы Геннадия Артемьева не раз появлялись на страницах районной газеты «Борисоглебский вестник» и областного издания «Коммуна» . Всякий раз это были размышления о современной молодежи, точнее, о тех негативных явлениях, которые портят и губят молодые души: сквернословие, пьянство, наркомания…. Сегодня автор предложил РИА «Глас-Медиа» разместить его новую публикацию, посвященную такому модному тренду, как татуировки.

На фоне вышеперечисленных пороков «татушки» кажутся невинным увлечением. По словам Геннадия Германовича, решая высказать свое мнение, он предвидит и недоуменные, и резкие комментарии. Однако опасными рисунки на теле считают не только врачи. Что еще стоит за нательной живописью – в статье «Как мало пройдено дорог…»

КАК МАЛО ПРОЙДЕНО ДОРОГ…

В СССР термин «татуировка» использовался исключительно для описания внешнего вида первобытных аборигенов, пиратов или наших далеких предков. В советское время люди делали на теле «наколки». Впрочем, мы видели их обычно на освободившихся из мест заключения уголовниках. Да еще дворовая шпана по молодости колола себе на руки собственные имена, а также имена любимых, как казалось тогда, единственных на всю жизнь девушек. Потом мальчишки вырастали, и, становясь взрослыми, стыдливо прятали синие буквы под одеждой. Некоторые даже старались выводить их, предпочитая наколке шрамы.

Еще ребята в армии украшали себя порой эмблемами родов войск – такими, как якорь на руке у моряка или парашют на плече у десантника. Но и солдатики далеко не все увлекались наколками, а вот заключенных из-за разнообразия и количества татуировок зачастую называли «синими».

Смотрелось это жутковато. В первую очередь потому, что это были преступники, хоть и бывшие. И вообще картины на теле как раз и служили предупреждением для окружающих. С их помощью вчерашний «зэк» сообщал: «Со мной не связывайся. А если у меня к тебе есть дело – лучше не дергайся». В данном случае было понятно: люди находились в заключении, где не дай бог ошибиться, поступить не по тюремным законам. Как говорил немецкий писатель Томас Манн: «В человеческих языках нет таких слов, которыми можно было бы описать хоть один день пребывания в тюрьме». Видимо, ему пришлось самому прочувствовать это.

Наколки у уголовников были разные. Надписи и рисунки на теле рассказывали все об их носителе. Какое положение занимает он в преступной иерархии, сколько раз сидел и за что… Были наколки, выражающие горечь расставания с родными, были и с долей юмора, как сейчас бы сказали, прикольные. На ногах, например, накалывали «они устали», на веках – «не буди ». Были татуировки и философского характера, типа «Как мало пройдено дорог, как много сделано ошибок». Или «Не люби деньги – погубят, не люби женщин – обманут, а люби свободу». Поощрялось и чистое изобразительное творчество, когда на тело наносилась репродукция известной картины или фотографии.

В жесткие годы Сталинского правления, когда расстрел был делом обыденным, имела хождение байка о том, что если наколоть на груди изображение Ленина и Сталина, то стоит распахнуть робу, и никто не посмеет стрелять в вождей.

Тогда действительно была тяжелая жизнь. И не только в местах заключения. В сталинские времена людям и на воле жилось не просто. Бедность, постоянная угроза чьего-нибудь доноса, которые считались чем-то вроде общественного контроля. Чья-то зависть, интриги, мелочная месть – этого было достаточно для того, чтобы отправиться на 5, 10, а то и больше лет в лагеря. Но все трудились, учились, занимались спортом, участвовали в художественной самодеятельности – словом, стремились быть всесторонне развитыми личностями. Наколками не увлекались. Некогда было.

Потом сталинизм ушел в прошлое, но советские люди еще долго держали себя в строгих нравственных рамках, и что важно – в основном, добровольно. Потому что верили в построение коммунизма, знали, что мы – граждане лучшей страны мира, а не какого-нибудь государства загнивающего Запада.

Но вот в наше время у этой нательной живописи начался новый виток. Причем не в местах заключения, а в обычной жизни. С чего вдруг?

Тату бьют сейчас на всех мыслимых и немыслимых участках тела. Я не могу осуждать или советовать, кому и как жить, что делать или чего не делать – сейчас демократия. Но я не понимаю, для чего все это? Чтобы выделиться? Проявить индивидуальность? Но это украшение себя со всех сторон явно не равняется тому всестороннему развитию личности, о котором говорилось выше. Принцип «Чем ярче оперенье, тем больше уваженья» не заменит образованность, достижения человека в спорте, искусстве, науке…. На мой взгляд, это пример легкомысленного копирования западных установок о необходимости личного раскрепощения, свободы самовыражения, которые представляют собой эпатажный выход за пределы традиционно понимаемой нравственности.

Еще одно странное, на мой взгляд, увлечение в этом же ряду – изменение внешности. Так, сегодня все бросились увеличивать губы. Может, кого-то эта процедура и украсила. Но мне в глаза бросается чрезмерность, какое-то необузданное соревнование в этом направлении. Красивые девушки доводят размеры своих губ до карикатурных размеров.

В российской кинематографии сейчас очень много проблем – это и низкий уровень мастерства многих актеров, слабые сценарии, однотипность фильмов…. А тут добавилась еще одна проблема – актрисы с непомерно накаченными губами. И если бы они играли себе подобных, но нет: иногда подобной актрисе дают роль серьезной драматической героини! Из кино в результате получается не драма, а цирк, клоунада! Как говорится «Следуя за модой, себя не изуродуй », но на самом деле это сейчас и происходит.

Вернемся к татуировкам. Я не хочу сказать, что этот тренд стал повальным в молодежной среде. Но этой моде следует все больше и больше молодых людей. При этом парни и девушки говорят о свободе самовыражения. Психологи же заявляют, что это свидетельство стадности. Самореализация в виде тату стала массовой именно потому, что этот способ требует наименьших усилий при достижении очевидного для всех результата. Тому, кто готов духовно трудиться, татуировка не нужна; его реализация будет и без того полной, в ней просто не останется места для жестов ради жеста.

Кроме того, социологи отмечают, что такие украшения присутствуют в культурах, которые находятся на самом примитивном уровне.  Психиатры в свою очередь считают, что татуировки свидетельствуют о душевном расстройстве. Не говорят ли нам эти факты о деградации поколения? Не является ли массовость этого увлечения признаком глубокого неблагополучия нашего общества, об охватившем его психозе и страсти к саморазрушению?

Лично мне кажется, что человек, возглавивший эволюционную цепочку, теперь стремительно катится вниз. И я, к сожалению, в этом мнении не одинок.

Обсуждение